После 1820 г. в застройке Блумсбери значительной фигурой становится молодой архитектор Томас Кабитт. Он застраивает Воберн-Плейс, часть площади Гордон-сквер, большую часть Тэ-висток-сквер, а также Воберн-Вок, Гордон-стрит, Эндсли-стрит и Эндсли-Плейс. Но его деятельность не ограничивается районом Блумсбери. Еще до работ здесь он построил лома в Хайбери, Сток-Ньюингтоне и Кэм-ден-таун. А в 1820-х гг. он сообразил, какие перспективы открываются в поместье Гросвенор после строительства Букингемского дворца, взял в аренду болотистые участки земли позади дворцовых садов и принялся осушать их.

Вскоре стала приобретать знакомый нам облик площадь Белгрейв-сквер, одна из самых больших в Лондоне. Большинство домов на ней были построены по проектам Джорджа Басеви, талантливого ученика сэра Джона Соана, позже создавшего проекты площади Терло-сквер и Пэлэм-Плейс в Кенсингтоне. В 1827 г. началось строительство площади Итон-сквер, протянувшейся до Ханс-таун — поместья, которое образовалось в 1770-х гг. на земле, арендованной у лорда Кадогана Генри Холландом. Свое название оно получило в честь сэра Ханса Слоуна, врача и коллекционера, чья дочь вышла замуж за Кадогана.

В Белгрейве (виконтом Белгрейвом являлся граф Гросвенор), как и в Блумсбери, со вниманием к малейшим деталям трудился Кабитт. Его работа не шла ни в какое сравнение с небрежной отделкой особняков Нэша в Риджентс-парке, скрытой за красивыми фасадами. Имя Кабитта становилось синонимом качества и надежности.

План района Вест-Энд ч 1800 г.

Далеко не все строители улиц с такими ломами заслужили подобную славу. В новом столетии эти улицы протянулись в глубь сельской местности на север и восток, а после строительства новых мостов через Темзу — на юг к Стоквеллу, Брикстону, Кеннпнгтону, Камберисллу и Пекхэму.

В последние годы XVIII в. и в начале следующего были удачно застроены несколько небольших поместий: в районе Паддингтона — поместье лондонского епископа, поместье Нью-Ривер-Кампани возле Миддлтон-сквер, поместье Ллойд-Бейкер к северо-востоку от Грейз-Инн и некоторые, не столь известные в Айлингтоне. Однако большинство домов, беспорядочно разбросанных вдоль проселочных дорог за пределами плотно заселенных районов, были плохо спроектированы и плохо построены. Ряды домов или группы отдельно стоящих коттеджей, фабрики и мастерские, пивоварни, склады, конюшни и таверны располагались хаотически, выходя задней стороной в заросли крапивы, на пустошь или, например, к кирпичному заводу. Чем дальше уходили эти ленточки домов на открытые пространства полей, тем активнее шло строительство. Нельзя сказать, что это все тот же , однако эти пригородные районы, сохраняя свои особенности и существуя изолированно на протяжении жизни одного поколения, в конце концов безжалостно поглощаются растущим городом. Характерные примеры этого — Сомерс-таун, возникший в 1786 г. на земле лорда Сомерса, Кэмден-таун, появившийся в 1791 г. на землях лорд-канцлера Кэмдена, из прочих — Волверт-Нью-таун, Эйджер-таун, Бромли-Нью-таун, Пентонвилл.

Но несмотря на быстрый рост новых пригородов и приводящих в уныние застроек вдоль дорог, нетронутая сельская местность все еще находилась неподалеку. Торговцу, контора которого располагалась на Ломбард-стрит в самом центре , нужно было проехать всего лишь милю в экипаже на север или юг, чтобы добраться до незастроенных полей и тихих деревень. Он мог соорудить виллу и разбить сады на многие акры земли в Чизвике, Хэммерсмите, Паддингтоне или Пекхэме; мог жить в прекрасном доме на деревенской улице в Хэмпстеде, Хайгейте, Тоттенхэме или Хэкни; он мог также построить себе сельский дом, живописный коттедж в готическом стиле — миниатюрный вариант крытого соломой коттеджа Ройял-Лодж, который Нэш создал для Георга IV в Виндзоре.

Банкетный зал Павильона принца-регента (Королевского павильона) в Брайтоне. Из альбома Дж. Нэша. 1826 г.

Холланд-Хаус. 1877 г.