Огромные просторы поместья Шейвес-Холл включали аллеи для боулинга, теннисные корты, фруктовые сады, сады в классическом стиле, прогулочные аллеи, обсаженные деревьями. Все это пришлось по нраву полковнику Пен-тону, азартному игроку, однажды выигравшему за ночь полторы тысячи фунтов и после этого переставшему играть. Доходы Шейвес-Холла резко упали во время гражданской войны, совсем прекратились в годы Английской республики, и в эпоху Реставрации положение нисколько не улучшилось. Поэтому в 1664 г. полковнику Пентону удалось купить поместье за вполне умеренную цену. Он приобрел также часть земель, принадлежавших семье Бейкеров, — по северной стороне Шейвес-Холла. Затем он получил лицензию на строительство и начал застройку, которая оказалось настолько удачной, что всем соседям пришлось последовать его примеру. Уже к концу века Пикадилли-Холл был окружен домами, построенными не только Пентоном, но и Генри Ковентри государственным секретарем Карла II, а также семейством Уордор, чье имя наряду с именами Пентона и Ковентри, увековечено в этом районе.

Один из особняков на .

В 1693 г. восточнее улицы Уордор-стрит служащий Монетного двора Томас Нил начал строительство улиц в форме звезды. Позднее они превратились в трущобный район с плохой репутацией — Севен-Лайалз. Строительство велось также в районе, известном под названием Сохо, — оно произошло от охотничьего крика, который прежде так часто раздавался на здешних полях. Застройкой района занялись два главных местных землевладельца — Чарлз Герард, граф Маклзфилд, и сэр Фрэнсис Комптон. Их именами назвали улицы. Однако наиболее активными пришлыми застройщиками в Сохо стали Ричард Фрит, вместе с Томасом Бондом выстроивший Бонд-стрит и присвоивший улице Фрит-стрит свое имя, а также доктор Николас Барбон.