Когда строительство Вестминстерского дворца подходило к концу, в Гайд-парке возводился другой грандиозный шедевр архитектуры — Хрустальный дворец, монументальное сооружение из 4 тыс. тонн железа и 400 тонн стекла высотой почти 2 тыс. футов, шириной свыше 400 футов. Это была работа бедфордширского садовника, позднее ставшего сэром Джозефом Пакстоном.

Хрустальный дворец был спроектирован как выставочный павильон для Всемирной выставки, идею которой двумя годами раньше предложил принц Альберт на заседании Британского союза ремесленников. Сначала речь шла о здании из кирпича, но даже по самым скромным подсчетам стоимость его составила бы не менее 120 тыс. фунтов, и это вызвало множество протестов против самой выставки. Поэтому когда в издании «Иллюстрированные новости Лондона» появился проект Пакстона — в основу его лег проект оранжереи, которую тот построил для герцога Девоншира в Чатсуорте, — Комитет по проведению выставки жадно ухватился за идею и сразу же получил заказ на строительство стоимостью 80 тыс. фунтов.

К концу 1850 г. на строительстве было задействовано свыше 2 тыс. рабочих, которые возводили литые стальные балки и фермы, устанавливали 30 миль кровельных желобов, 200 миль деревянных оконных балок и вставляли в переплеты 900 тыс. квадратных футов стекла.

Когда строительство было закончено, здание проверили на прочность: внутри него маршировал и прыгал большой отряд солдат, а деревянные полы бомбардировали тяжелыми камнями. Право на печатание каталога было продано за 3200 фунтов, а господа Швеппсы заключили договор на 5500 фунтов на торговлю во время выставки своими напитками. Но даже после всего этого оставалось еще много противников выставки, которые настаивали на том, что этот эксцентричный замысел принца Альберта — дорогостоящее и невыгодное предприятие. Говорили о том, что приезд на выставку множества иностранцев и людей из других городов Англии приведет к «беспорядкам, сумятице и деморализации населения, если не к революции… голоду и эпидемии». Казначейство отказалось помогать в организации выставки, парламент проигнорировал ее вовсе.

Тем не менее в мае выставка открылась. Стоимость билета для джентльменов составляла три гинеи, для дам — две. Без такого билета на церемонию открытия никого не допускали, поскольку там присутствовали королева, принц Альберт, принц Уэльский, архиепископ Кентерберийский и герцог Веллингтон. На второй день входная плата составила один фунт, в четвертый — пять шиллингов, а дальше — от одного до пяти шиллингов в зависимости от дня недели.

С самого начала выставка имела потрясающий успех. Свыше шести миллионов человек приехали в со всей страны и со всех концов света, чтобы посетить ее. Из Германии прибыли члены королевской семьи и их сопровождающие в парадных мундирах. Из графств Суррей и Сассекс во главе с приходским духовенством приехали 800 сельскохозяйственных работников «в крестьянских одеждах». Но к какому бы сословию ни принадлежали и откуда бы ни были все эти люди, они неизменно оказывались под большим впечатлением от 19 тыс. экспонатов, выставленных под сводами этой светло-голубой стальной, мерцающе-стеклянной конструкции под кронами высоких парковых вязов, которые не срубили при строительстве здания, чтобы их листва зеленела между галереями.