Одной из самых распространенных жалоб водителей омнибусов и кондукторов было то, что у них нет времени сходить в трактир и вообще куда-нибудь, чтобы развлечься, а если и появлялось время, то сильная усталость не позволяла им куда-то идти. «Водитель омнибуса даже не имеет времени, чтобы найти себе жену», — сетовал один из них. «Любая лошадь в наших конюшнях через каждые четыре дня работы день отдыхает; но у водителя таких дней нет. Это тяжелая работа, у меня бывает только несколько минут передышки, только в каждое второе воскресенье мне дают два часа на отдых». «Я никогда не могу пойти в трактир, — утверждал один из кондукторов. — Я просил один день выходной, но мне отказали… Я совсем не знаю, что происходит в мире, настолько я занят. Мы узнаем новости только из разговоров пассажиров. Я теперь не читаю газеты, хотя раньше любил это делать. Если у меня выдается пара свободных минут, я предпочитаю поспать. Как-то раз я чуть не упал со ступенек омнибуса, потому что уснул».

Во второй половине XIX в. эти люди, слишком много работавшие и мало зарабатывавшие, жили в ужасных условиях. Водитель омнибуса или кондуктор, которые получали более стабильную плату, чем многие другие, еще могли позволить себе жить в относительном комфорте в Баттерси или Клэпхэме — в двухкомнатной квартире с чистыми полами и хорошими окнами; на стенах у них обязательно висели открытки или картинки Джека Шеппарда и Дика Терпина, на каминной полке стояли несколько фарфоровых фигурок, оловянный поднос и зеркало, на столе была скатерть, а на кровати — простыни. Однако большинство бедняков Лондона жило намного хуже. Многие ютились в тесных комнатах с покрытым копотью потолком, с разбитыми окнами, заткнутыми бумагой, с разваливающейся мебелью, которую невозможно починить, с гниющими половыми досками, на которые клали три-четыре сплетенных вместе маленьких коврика вместо одного большого; спали по пять человек в одной кровати или на полу на матрасах (в которых кишели клопы).

Г. Доре. Гравюра из серии «Путешествие в ». 1872 г.